Шенкли: Моя история. Глава 6. Лоу и Уилсон | LiverBird.ru: Liverpool FC / ФК Ливерпуль: Сайт русскоязычных болельщиков «красных»

Шенкли: Моя история. Глава 6. Лоу и Уилсон

1
Шенкли: Моя история (c) Иришка, Liverbird.ru
Я посоветовал Денису не начинать карьеру с ошибки. «Не я сделал тебя таким игроком, сынок, и не Энди Битти. Но я тебе кое-то скажу - мы помогли». Лоу подписал формы в тот же вечер, и на следующий день всё было оформлено.

Энди Битти - мой хороший друг и один из самых честных людей на этой Земле. Он всегда следует своим принципам. Если Энди что-то вам сказал, можете свою жизнь поставить на кон, что это случится. За всю жизнь он никогда никого не обманывал и не подводил. С течением времени я узнавал и вспоминал разные вещи и начинал ценить его всё больше и больше.

Когда я работал в «Уоркингтоне», у Энди были некоторые трудности на посту менеджера «Хаддерсфилда». Он независимый парень, так что когда он признал, что у него проблемы, дело было серьёзное.

В один прекрасный день Энди ни с того ни с сего позвонил мне и спросил: «Не хочешь приехать к нам и поработать моим ассистентом? У нас тут работает Эдди Бут. Я думаю, вместе мы бы справились».

Я решил воспользоваться этим шансом, потому что давно знал Энди - мы вместе играли за «Престон» и Шотландию. Энди пришёл в «Престон» вскоре после меня - напрямик из молодёжной команды из Абердина где-то в 1934 году. Мы быстро подружились. Мы были почти одного возраста, но я уже играл в первой команде «Престона» и приглядывал за молодыми шотландцами, которые приходили в клуб. Помню двоих, Уилли Гамильтона и Джонни Бойла. Я тогда ещё не был женат, так что иногда возле ребят на выходные в Блэкпул, а летом мы навещали друг друга в Шотландии.

Вскоре Энди уже тоже играл в первой команде. Он пришёл в клуб форвардом, но его переквалифицировали в фуллбэка, и он играл за мной. В сборную Шотландии он был вызван раньше меня. Мы немало матчей провели вместе. В «Престоне» у нас была поговорка перед матчами: «Давайте все сегодня будем капитанами». Таким было наше отношение к игре. Кто-то один нёс мяч и выбирал орла или решку, но команда была успешна именно потому, что мы все играли как капитаны.


Билл Шенкли и Энди Битти - крайние слева

Теперь Энди был на дне Первого дивизиона и просил меня о помощи. Он предлагал мне возможность. Он предлагал мне партнёрство и сказал, что если он когда-нибудь найдёт новый клуб, он порекомендует меня как своего преемника.

И я сказал: «Да, Энди, я согласен».

Когда я пришёл в «Хаддерсфилд», я стал руководить резервной командой, хотя среди недели мог работать и с первой, и пытался повысить боевой дух. Мне кажется, неудачным решением было то, что мы с Энди не стали сразу совместно работать с первой командой.

Энди надеялся, что команда останется в Первом дивизионе, и хотел, чтобы я готовил ребят вроде Дениса Лоу и Рэймона Уилсона, которые потом стали великими игроками. Так что Энди и тренер Эдди Бут ездили с первой командой, пока я воплощал свои системы тренировок с резервами.

Идея была в том, что когда команда избежит угрозы вылета, мы с Энди начнём работать вместе. Энди поспокойнее меня, и мы хорошо дополняем друг друга. Хотя он не такой шумный, как я, он пользуется у всех авторитетом. Со временем мы могли бы стать одним из самых сильных дуэтов в футболе, как Мэтт Басби и Джимми Мёрфи в «Манчестер Юнайтед». Энди к тому же обязательно сделал бы так, чтобы мы с ним были равны финансово. Он был таким человеком - он бы рад, чтобы его партнёр был таким же обеспеченным, как он, и делил с ним все успехи.

Моё назначение в резервную команду, возможно, помогло клубу в долгосрочной перспективе, но в тот момент было уже поздно. Ущерб был уже нанесён, и «Хаддерсфилд» отправился во Второй дивизион.

«Хаддерсфилд» выиграл последний матч сезона у «Тоттенхэма» на выезде с десятью игроками на поле, и если бы «Престон» в тот день сыграл вничью с «Астон Виллой», то «Хаддерфилд» бы не вылетел. Но «Вилла» обыграла «Престон» - и Томми Финни не забил пенальти. Так что наш фантастический результат в Лондоне ничего не значил из-за результата в Престоне.

В следующем сезоне я продолжил работать с резервами и продвинул пару ребят в первую команду. Резервы неплохо справлялись - мы сыграли шестнадцать матчей и ни один не проиграли.

Однажды вечером в субботу после матча резервов мне позвонили по телефону и попросили вернуться на стадион. Председатель, Бернард Ньюман, встретил меня и спросил: «Вы не согласитесь быть менеджером? Энди всё. Мы предлагаем должность вам».

Я принял предложение, предположив, что «Хаддерсфилд» уже договорился с Энди и что он знал, что работу предложат мне.

Со стадиона я поехал к Энди - я думал, мы обсудим то, что случилось. Мы тогда жили по соседству, так что я был у него частым гостем.

Я был удивлён, что Энди решил уйти, и ждал, что он что-нибудь скажет. Мы сидели и говорили о всякой ерунде, но должность менеджера не упоминали. Я ждал, что Энди скажет: «О, ты согласился. Ты получил работу. Удачи!», или что-то в этом роде. Тогда я бы сказал: «Извини за это, Энди. Мне надо было сначала прийти к тебе, потом соглашаться».

Ничего не было сказано. Я знал, что я теперь менеджер, он знал, что я теперь менеджер, но мы ни разу это не упомянули. Была эдакая взаимная неловкость, как будто это моя вина или его вина.

То, как я получил эту работу, - одно из самых больших моих сожалений. Я чувствовал, что я в каком-то смысле подвёл Энди. Я был расстроен тем, как всё было сделано. Я не говорю, что это было грязно, они всё сказали Энди и он был согласен. Но всё-таки было бы лучше, чтобы мы с Энди были там вместе, или если бы мы обсудили это между собой заранее, или если бы они просто сказали: «Энди уходит, мы назначаем вас». Так было бы лучше, но так не случилось. Энди был тем человеком, которого меньше всего хотелось подводить, потому что он вас никогда бы не подвёл.

Председатель и все остальные не были ничем смущены, так что всё выглядело так, как будто Энди удовлетворён ситуацией.

Может, поэтому он и не заговорил об этом. Он ведь раньше говорил, что если уйдёт, то работа будет моей. Он был человеком слова, и я предположил, что так и случилось.

Было грустно. Кто знает, может, если бы председатель, Энди и я сам смогли обсудить всю ситуацию вместе, всё решилось бы по-другому. Наш дуэт, может, продолжил бы работу и смог бы противостоять любой самой хорошей команде.

Мы с Энди остались хорошими друзьями, и в следующих главах вы прочитаете, как он был моим скаутом и нашёл мне потрясающего игрока. Но мы никогда не обсуждали тот субботний вечер в Хаддерсфилде, когда он ушёл, а я получил его работу.

Моим первым матчем на посту менеджера «Хаддерсфилда» был выезд к «Барнсли» - кажется, мы обыграли их 5:0. Помню, в газетах писали «творит чудеса» и всякое такое. Но это было только начало - нам не потребовалось много времени, чтобы сколотить приличную команду, потому что у нас было достаточно талантливых игроков.

Капитаном был Билл Макгарри, и у нас были Лоу, Уилсон, Мик О’Грэди, Клайв Кларк, Лес Мэсси, Кевин Макхейл и Кенни Тейлор. Молодой Уилсон играл шестого номера, и я вернул его в резервы играть тройку. И я отдал Лоу одиннадцатый номер в резервах, когда ему было пятнадцать лет.

Лоу и Майхейлу обоим было по шестнадцать, когда я перевёл их в первую команду. Они сыграли парой на правом фланге, когда мы поехали на выезд к «Ноттс Каунти». Было Рождество, и я шёл от отеля до стадиона в Ноттингеме с двумя ребятами. Мы выиграли, и они оба сыграли хорошо.

Я никогда не видел Дениса в очках, кроме как на фотографии на скамейке запасных в школьной сборной Шотландии, но история его прихода в «Хаддерсфилд», конечно, всем известна.

Брат Энди Битти, Лоуренс, подыскивал клубу игроков в Абердине и там увидел Дениса в юношеской команде. Это было ещё до того, как я начал там работать. Лоуренс приехал с Денисом в «Хаддерсфилд», и Эдди Бреннана (он работал в офисе) отправили встретить их на вокзале. По легенде Эдди зашёл в офис и сказал Энди: «Твой брат, по-моему, ошибся и привёз кого-то не того. Ты в обморок упадёшь, когда увидишь».

Денис весил шесть с половиной стоунов [38 килограмм - прим.перев.], был худым, в очках и с косоглазием. Но когда Энди на следующий день увидел его в игре, тот был как хорёк - одновременно тут и там. Казалось, он способен пробежать у защитников между ног.

Когда я пришёл, он был в юношеской команде. Они как-то вечером играли в Хаддерсфилде матч молодёжного кубка против «Манчестер Юнайтед», и Лоу с Макхейлом устроили им тяжёлый денёк (хотя «Юнайтед» и выиграли). Мэтт Басби уже тогда был впечатлён игрой Дениса и пытался его купить. Потом, когда я уже перевёл Лоу в резервы, как-то на матче с «Вест Бромвичем» Томми Глидден, их бывший игрок и ныне директор, сидел рядом со мной. Лоу раз за разом обыгрывал их фуллбэка, и Томми спросил: «Кто это?»

«А, ему всего пятнадцать», - ответил я.

Томми сказал: «Да ты шутишь! Смотри, я готов заплатить за него прямо сейчас».

«Нет, Томми», - сказал я, - «ты его никогда не купишь. Его никто никогда не купит. Если „Хаддерсфилд“ собирается чего-то когда-то добиться, он нам нужен».

С самого начала Денис выделялся энтузиазмом и жаждой победы - даже злобой, если хотите. Он бы умер за победу. Он бился за победу. Он был с характером, чёртовым характером - и талантом.

Как-то в воскресенье мне позвонила его квартирная хозяйка, большая женщина, которую я никогда не видел без сигареты во рту. «Вам стоило бы прийти», - сказала она. - «Денис побил Билли Макдональда». Я сел в машину и поехал туда - это было недалеко. У Билли, конечно, был большущий фингал. Большой Гордон Лоу жил по соседству, и я спросил: «Что тут произошло?» Гордон сказал, что Билли ляпнул что-то про Дениса, и Денис сказал, что если Билли снова что-то ляпнет, то это повторится.

Я сказал: «Ну, это тебе урок, Билли - держи рот на замке!»

Дело так и обстояло - Денис снова сделал бы то же самое, такой уж у него был характер.

Однажды ребята играли в настольный теннис, а мы с Эдди Бутом проходили мимо в бутрум. Денис предложил нам сыграть против них в футбол. Я сказал, что они уже достаточно тренировались сегодня, но тот настоял, так что мы пошли на парковку возле стадиона и сыграли шесть-на-шесть. Денис играл в своём духе - был везде на поле, мы и близко не могли к нему подобраться.

В тот вечер у нас была встреча совета, и Денис пришёл на стадион. Он шёл чуть ли не спиной вперёд - нормально идти он не мог из-за того, что одна икра у него раздулась как воздушный шар. Мы отправили его в госпиталь - дело было странное, нога была совершенно неправильной формы. Думаю, он слишком много тренировался и играл для своего возраста и размера. Нога прошла, но его ещё некоторое время преследовали травмы передней части бедёр, нам приходилось делать ему инъекции.

Ребята вроде Стэна Каллиса в «Вулвз», которые были в нём заинтересованы, несколько сомневались в его способности выносить нагрузки. Он буквально мог спрятаться за швабру. Но со временем он справился со всеми проблемами, в шестнадцать начал играть за первую команду, а в восемнадцать стал самым молодым игроком сборной Шотландии.

Самой большой проблемой для нас было подписать с Денисом профессиональный контакт, когда ему исполнилось семнадцать. Это был конец сезона и Денис, формально ещё любитель, был свободным агентом. У клуба не было никаких гарантий, вокруг летали самые разные слухи. Другие клубы ездили к его родителям - приезжали в Абердин и предлагали им всё золото мира. Он не был обязан подписывать контракт с нами, он мог уйти. Я хорошо к нему относился и помогал ему. Я нашёл ему подходящее жильё, давал советы по питанию и говорил с ним об игре. Думаю, он не отрицал бы это.

Мы должны были играть матч в Кубке Англии, и начался полный дурдом: «С кем же он подпишет контракт?» Упоминались «Рейнджерс», «Селтик», все топовые команды того времени. Я связался с Футбольной лигой и Футбольной ассоциацией и, хотя они особо не могли что-то сделать, они сказали: «Ну, „Хаддерсфилд“ растил его и воспитывал, и если будут какие-то подковёрные интриги, мы будем на стороне „Хаддерсфилда“. Если мы получим регистрационные формы от кого-то другого, мы постараемся быть справедливыми».

Мы понимали, что удержать его будет непросто. Его отец и дядя приехали смотреть матч Кубка против «Питерборо», которые тогда играли вне лиги. В пятницу я поехал встречать их на вокзал Лидса, и там были все газетчики, фотографы и репортёры, все толкались и спрашивали: «С кем он подпишет контракт?» Один начал донимать меня этим вопросом в туалете, и я засунул его в писсуар. Тот ещё мокрый зад, я вам скажу!

Мы отвезли отца и дядю Дениса на суконную фабрику нашего председателя. Мистер Ньюман подарил им по отрезу ткани, и они выпили виски. Потом мы вернулись на стадион, поговорили там и отвезли их в отель. На следующий день мы выиграли матч, Денис играл привычно хорошо. В воскресенье я встретился с семьёй Лоу в их отеле. Я приехал утром, и мы говорили до девяти вечера, когда им нужно было уезжать обратно в Абердин.

Я сказал им, что я связывался с футбольными властями, и что те будут следить за ходом дела. Я рассказал, что «Хаддерсфилд» сделал всё возможное для Дениса, и что они были небогатым клубом, так что если бы он ушёл ещё куда-то, это выглядело бы не очень хорошо. Я посоветовал Денису не начинать карьеру с ошибки. «Не я сделал тебя таким игроком, сынок, и не Энди Битти. Но я тебе кое-то скажу - мы помогли», сказал я.

Он подписал формы в тот же вечер, и на следующий день всё было оформлено. Но большие клубы продолжали за ним охотиться, и недостатка в предложениях никогда не было.


Денис Лоу подписывает контракт с «Хаддерсфилдом»

Рэймон Уилсон демобилизовался из армии незадолго до моего прихода в «Хаддерсфилд», ему было двадцать. Я перевёл его с винг-хава в левого фуллбэка ещё в резервах, и он оказался одним из лучших фуллбэков всех времён. Он жил недалеко от меня, я даже сам пошёл к нему сообщить новость, когда его впервые вызвали в сборную Англии.

Уилсон попал в первую команду раньше Дениса, но вскоре их карьеры пошли параллельно. Что за битвы умов были, когда они играли друг против друга в пятисторонках! Можно было долго спорить, кто из них лучше. За просмотр этих матчей не жалко было заплатить фунт.

Ещё до того как Денис достиг известности, Рэймон как-то был у нас в составе на матч против «Шеффилд Уэнсдей», их тогда тренировал Харри Каттерик. Обе команды сражались за выход в Первый дивизион. В перерыве возле лестницы на «Хиллсборо» ко мне подошёл один известный скаут из «Челси» Джимми Томпсон - он нашёл многих хороших игроков, в том числе Джимми Гривза. Помню, что он был в коричневых ботинках и чёрном костюме.

«Эй», - сказал Джимми. - «Что насчёт этого парня, Уилсона?»

«Мы обычно не проводим трансферы в перерыве», - ответил я и ушёл.

Утром в понедельник я приехал на стадион, а Джимми Томпсон уже был там раньше меня. Я открыл дверь, и он быстренько повесил своё пальто на крючок, тоже раньше меня. «Подожди минутку», - сказал я. - «Полегче».

Джимми был настоящий кокни, приятный парень, и очень хорошо разбирался в игроках. Он крутился в «Хаддерсфилде» целыми днями, наблюдая за нашими тренировками. Он хотел добыть Уилсона, но как-то утром, помню, он смотрел тренировку и говорил: «О, это Лоу, это точно Лоу».

«Знаешь что, я мог бы лишить тебя работы за это», - говорил ему я. - «Ты браконьерствуешь. Тут ты ничего не выгадаешь. Лесник тебя в конце концов поймает, это всегда случается с чёртовыми браконьерами!»

В случае Джимми я просто шутил, потому что он слишком часто бывал у нас на стадионе. Но охота на игроков всегда была и, я уверен, всегда будет. Особенно часто это происходило с молодыми мальчиками из школьных международных сборных. Все пытались купить их, но получалось только у немногих. Получалось всегда у определённых людей - уж не знаю, как им это удавалось. Ещё я слышал такое слово «сговор» - его используют, когда предполагают, что клуб дал игроку понять, что хочет его купить. Наверное, я лучше просто скажу, что есть разные способы раздобыть игрока, и определённые люди позволяют себе использовать их все.

Джимми Томпсон продолжал упорствовать. Как-то у «Хаддерсфилда» должна была быть встреча совета, и он сказал мне: «Приедет Тед».

«Да что ты?» - сказал я. - «Ну, он зря потратит своё время».

«Челси» играли так себе, и Тед Дрейк действительно приехал, встретился с советом в пять часов и уехал ни с чем.

Харри Каттерик тоже был заинтересован в Уилсоне. Однажды я поехал смотреть на матч «Вулвз» против резервов «Шеффилд Уэнсдей». Стэн Каллис, думаю, тоже пытался организовать какие-то сделки, и тоже заглядывался на Лоу. «Я приехал посмотреть, кто у тебя тут есть в резервах, Стэн», - сказал я ему. В тот день Дон Мегсон выдал потрясающий матч за «Шеффилд» - сильный, массивный парень. Он был примерно того же возраста, что Рэймон, но крупнее.

Харри предложил нам хорошие деньги за Уилсона, и я подумал: «Эти деньги и плюс этот парень Мегсон - хорошая сделка!» Нам были нужны деньги, и Мегсон пригодился бы. Но уже на следующей неделе Мегсон начал играть за первую команду «Шеффилда» и больше не вернулся в резервы.

Я мог бы продать Уилсона и Лоу много раз, но не сделал этого. Джимми Кэри, тогдашний менеджер «Эвертона», предлагал за Лоу 45 тысяч фунтов - хорошая сумма за семнадцатилетнего паренька. У нас была встреча совета и кто-то сказал: «Это куча денег».

«Слушайте», - сказал я. - «Достаньте блокнот и запишите. Если вы считаете, что это куча денег за Лоу, то вы просто не знаете цену своему товару, а значит, вы плохо работаете. Запишите, что в один прекрасный день стоимость трансфера Лоу будет сто тысяч фунтов».

Это было в 1956 году, а когда я ушёл, Денис был продан в «Манчестер Сити» за 55 тысяч, оттуда в «Торино» за 100 тысяч, а оттуда в «Манчестер Юнайтед» за 116 тысяч. Если бы такого же Лоу продавали сейчас, цена была бы 500 тысяч. Уилсона в итоге продали в «Эвертон» за 40 тысяч в 1964.

День, который я никогда не забуду - 6 февраля 1958, день авиакатастрофы в Мюнхене. В половину пятого я был на стадионе «Хаддерсфилда», когда мне позвонил по телефону один репортёр. Он сказал, что самолёт «Манчестер Юнайтед» разбился и, возможно, все погибли.

Я сразу же пошёл домой и сел перед телевизором в ожидании новостей. Мистер Гарольд Хардман, который был тогда председателем «Юнайтед, сказал, что Мэтт Басби умер. Я был в ужасном шоке и не мог в это поверить. Потом ситуация стала яснее, и в новостях сказали, что погибли несколько игроков и сотрудников штаба, но Мэтт ещё боролся за жизнь в госпитале.

Трагедия Мюнхена потрясла всех. Двадцать три человека погибли от травм, включая восемь игроков «Манчестер Юнайтед». Мэтт выжил, и не только выжил, но и построил новую команду, свою третью великую команду. Он сильный человек, физически и психологически, но мне сложно представить, через что он прошёл в том госпитале в Мюнхене - боль от ужасных травм и боль от потери близких, его замечательных игроков.

Я играл с Мэттом, когда он был вингхавом в сборной Шотландии, и играл против его «Юнайтед» после войны - против команды, в составе которой были Джонни Моррис, Джек Роули и Стэн Пирсон. После войны, когда другие команды старались избавиться от старых игроков - «Престон» в том числе - «Юнайтед» сохранили своих. Мэтт даже купил тогда одного, Джимми Дилейни.

Потом он начал строить команду, обратив внимание на школьников, и создал блестящих «малышей Басби», которые разбились в Мюнхене. Томми Карри, тренер «Юнайтед», который столько сделал для меня, когда я играл в «Карлайле», погиб в катастрофе. Каждый раз, когда «Престон» играл после войны с «Юнайтед», я привозил Томми пару десятков яиц. Их тогда было сложно достать, но у меня в Престоне было пару полезных знакомств, и я возил их для Томми, потому что он столько помогал мне в юности.

Мэтт был крестоносцем европейского футбола, и конечно «Юнайтед» возвращались с матча в Белграде, когда случилась трагедия. «Юнайтед» многое сделали для футбола в Англии - они были мечтателями и фантазёрами. Помню, как мистер Хардман приходил на футбольные встречи в Лондоне и просил, чтобы им разрешили платить игрокам большие премии за участие в европейских турнирах. Люди были полны предрассудков, и «Юнайтед» было очень сложно прорваться через эту апатию в отношении европейского футбола. Но «Юнайтед» были правы - мечты Мэтта превратились в реальность.

В то время я всё ещё ждал для себя большой возможности, но именно тогда случилась самая потрясающая игра, которую я когда-либо видел - с «Чарльтоном» на выезде. Начало матча было в два часа. Один из центрхавов «Чарльтона» не смог сыграть из-за вывиха плеча, и за двадцать пять минут до конца игры мы выигрывали 5:1. Остаток матча мы играли уже в полутьме. Уилсон, Макгарри и Кенни Тейлор стали убегать вперёд в поисках ещё парочки голов - и вот мы уже проигрываем 5:6! Мы сравняли счёт в 6:6 и я подумал: «Ну, хоть что-то». Но они снова развели с точки, выиграли вбрасывание и бам! - обыграли нас 7:6 с последним ударом по мячу.

Как-то раз мы вдесятером обыграли «Ливерпуль» со счётом 5:0. Тейлор травмировал связки в первые же пять минут, но нас это не остановило. Помню, как директора «Ливерпуля» уходили со стадиона друг за другом, понурив плечи, как похоронная процессия!

Как я и говорил, у нас ничего бы не получилось, если бы мы продали Лоу и Уилсона, и нам нужно было добавить всего немного для победы во Втором дивизионе.

Как-то раз мы с Эдди Бутом поехали через болота, мимо Кендала и до самого Фолкерка, чтобы посмотреть на Рона Йейтса и Иана Сент-Джона, которые играли друг против друга в матче Шотландии и сборной Второго шотландского дивизиона. Ронни тогда играл в «Данди Юнайтед». Я встретил его до матча и потом увидел, как он играет. Такая скорость - при его-то размерах! Сент-Джон играл за Шотландию. Он был полон разных трюков, пробивной и сильный. Что это был за матч!

Я сказал Эдди: «Разве это не стоило того - приехать сюда и увидеть их?»

«Боже мой, да, конечно», - ответил Эдди.

Йейтс и Сент-Джон хорошо подошли бы «Хаддерсфилду», но «Хаддерсфилд» не мог их себе позволить.

Фотографии: lep.co.uk, examiner.co.uk

+100500 OFF

Работает на Drupal, система с открытым исходным кодом.
Хостинг предоставлен FastVPS, самым лучшим хостинг-провайдером ;)