Как Стивен Джеррард выиграл Требл | LiverBird.ru: Liverpool FC / ФК Ливерпуль: Сайт русскоязычных болельщиков «красных»

Как Стивен Джеррард выиграл Требл

7
Фото к записи в блоге пользователя mertzan (c) LiverBird.ru

Пусть «Ливерпуль» и не выигрывает АПЛ уже более двух десятилетий, новые болельщики у нашего клуба появляются каждый день. Это не глорики, как у «Манчестер Сити» или ПСЖ, не пенсионеры, как у «Челси», и не олдфаги, как у «Рединга», например. Болельщиков «Ливерпуля» прельщает и соблазняет особая аура этого клуба, состоящая из обаяния его игроков и тренеров, великолепной и порой грустной истории, а также особого братства всех, кто причастен к команде.

Однако, болельщик живет победами, а сколько титулов может вспомнить человек, живущий в нынешнем столетии? Самые молодые довольствуются Кубком лиги 2011. Кто постарше - помнят Стамбул-05 и Кардифф-06. Ну и многие фанаты из моего поколения «запали» на «Ливерпуль» во время сезона 2000-01, когда команда выиграла целых три трофея. Чтобы вы, друзья, помнили, как это было, и тех, кто это сделал, предлагаю вашему вниманию отрывок из биографии капитана «Ливерпуля» Стивена Джеррарда, который в тот сезон как раз начинал свою блестящую карьеру.

После дебюта в сборной меня настигла новая проблема: фотографы. Они сновали вокруг нашего дома в Мерсисайде - и я никогда не мог привыкнуть к этому. Это Англия, это цена за минуты, проведенные в футболке сборной. Преследовали не только меня, мои семья и друзья тоже почувствовали на себе иго масс-медиа: репортеры стучались в двери, совали микрофон в нос, ожидая услышать что-то вроде «да, Стиви Джи - новый герой Англии!»

Я чувствовал себя куском дерьма из-за того, что доставляю моим близким столько проблем. Да оставьте же нас в покое! К счастью, моя семья была готова к такому повороту дел: «Без комментариев» - слышали в ответ журналисты, либо просто - «Мы рады за Стиви». Прессу это явно не устраивало, и вскоре я начал встречать в газетах комментарии моих старых школьных учителей из Кардинал Хинан и Сент Мик. А еще газеты разжились моими фотками - и старыми, и новыми. Игра с Германией изменила мою жизнь. Я был уже не просто футболистом - я стал достоянием общественности, и это не так клево, как вроде бы звучит. На каникулы я старался исчезнуть куда подальше, перевести дух и готовиться к новому сезону. Глаза многих людей теперь следили за мной, и нужно было доказывать, что я не выскочка-однодневка, а настоящий игрок сборной.

Перед сезоном 2000/01 я узнал, что мной интересовался Брайан Робсон, тогда тренировавший «Миддлсбро». Они предложили «Ливерпулю» 5 млн.фунтов - неплохая цена за неопытного игрока, а? Я не собирался никуда уходить, но мысль, что я приглянулся самому Робсону, невероятно обрадовала меня. После Евро [2000] Робсон много говорил о мне в интервью: я читал их в газетах, хотел вырезать ножницами и повесить на стену в рамке. Это ж сам Робсон, мать его, легенда сборной! Его признание - мировое признание! Если я смогу достичь хотя бы одной десятой брайано-робсоновости, можно будет спокойно заканчивать мирской путь.

Однажды в детстве я надел на себя футболку «Манчестер Юнайтед» - это была «семерка» Робсона. Друг пришел в ней на игру, и я попросил его поменяться, потому что хотел быть Робсоном. «Робсон» на спине - это круто, я играл целый час, забивал голы и представлял, что я это он. Имя заставило забыть, какого клуба была футболка. Но тут меня увидел в окно папа...

Айронсайд огласился криком «Стиви, домой!!» Когда я проскользнул в дверь, папа смотрел на меня, мягко говоря, неодобрительно: «Это еще что за чертова ерунда? Что делает на тебе футболка МЮ?» Я попытался объяснить: «Но пап, это же Брайан Робсон!»

По выражению папиного лица я понял, что попытки оправдаться могут лишь помочь мне с позором вылететь из родительского дома. После того дворового матча я никогда не совершал таких ошибок и не пытался примерить цвета «Юнайтед». Хотя это не повлияло на мое уважение к Робсону, и тогда, в 2000-м, я был очень рад услышать о его интересе ко мне. Уже тогда я начал думать о том, что этот год может сложиться для меня удачно. Я тогда еще не представлял... Требл? Да вы что! Злые языки называют его треблом Микки Мауса [мол, кубки все «второсортные», хотя про Кубок Англии такого не скажешь... - прим. переводчика], но это было великое достижение. Мы посрамили многих критиков и переписали не один прогноз, когда выиграли те турниры.

Команда в том году была хороша, Жерар Улье неплохо поработал. Хотя в некоторых игроках я поначалу сомневался. Например, Сандер Вестерфельд: он был хорош, но часто и ошибался. Не фатально, но некоторые голы все же были на его совести. С другой стороны - да кто я был такой в то время, чтобы критиковать вратаря «Ливерпуля?»

Сандеру повезло - его задницу прикрывали классные защитники. Справа играл Маркус Баббель, флегматичный немец: его имя не так часто распевали болельщики, но в раздевалке он был одним из тех, кого ценят. Его вклад в завоевание требла был огромным, на тренировках он вкалывал, как вол. В «Боруссии» он играл центрального защитника, но Жерар передвинул его на правый фланг и не прогадал. К несчастью уже через год Маркус заболел синдромом Гийена-Барре, поражающим нервную систему. Клубный доктор сказал, что Маркус поехал лечиться, и неизвестно, восстановится ли он вообще. Все очень расстроились, ведь Маркус был одним из нас, он всегда был здоровяком, а тут такое... Из Германии он вернулся в инвалидном кресле, чем шокировал меня более, чем полностью. Он всегда был красавцем, а я увидел призрака - посеревшего и похудевшего человека. Только улыбка осталась прежней. Один из лучших игроков сезона требла внезапно оказался прикован к креслу. Он поправился и продолжил играть, но сезон 2000/01 остался лучшим в его карьере.

Причину, по которой Баббель стал играть справа, звали Сами Хююпия. Игра Большого финна стала сюрпризом для всех-всех-всех: всего за £2,5 млн. в 1999-м «Ливерпуль» получил звездного игрока. Сами восполнил многолетний пробел команды, за который нас гнобили критики - игру головой, он выигрывал все верховые мячи. Эта ахиллесова пята, которая превращала любой навес в нашу штрафную в смертельную опасность, была устранена Жераром с помощью Сами.

Когда я впервые увидел Хююпия в Мелвуде, я подумал: «Вот это да, какой долговязый скандинав!» Товарищи тоже не имели понятия, кто это такой, и мы предположили, что его купили на случай травм наших основных центральных защитников. Но вскоре все поняли, что этому парню нет равных в отборе мяча: Сами блестяще шел в подкат и начинал атаки первым пасом, причем, делал все это и левой, и правой ногой. Да, он не так быстр как Рио Фердинанд или Алессандро Неста, но скорость была ему и не нужна. Сами читал игру настолько хорошо, что никто не мог проскользнуть мимо него незамеченным. На пару сезонов тогда он был одним из лучших в мире. Тем мощнее была связка, сложившаяся у Хююпия со Стефаном Аншо. Швейцерец играл очень надежно, повергая в отчаяние многих нападающих соперника. Их связка с Сами стала ключевой в завоевании требла - с Баббелем справа и Каррой слева.

Обожаю Карру. Он, к радости любого тренера, сыграет на любой позиции: вообще-то он центральный защитник, но когда Жерар поручил ему действовать слева, Джейми просто взял и стал левым фулл-бэком. Он тренировался дни напролет, развивая левую ногу, став в итоге отличным «двуногим» игроком. Кроме того, Карра постоянно изучает футбол, говорит о нем и даже читает книжки о футболе. Он знает все и вся: клубы, рекорды, историю, сильные и слабые стороны игроков - любые мелочи. Если проводить «Свою игру» по футбольным темам, Карра без вопросов обыграет любого. Я всегда уважал и сейчас уважаю его за все эти качества: он - капитан без капитанской повязки. Я часто спрашивал его совета в тот год. И если я был в ярости от какого-либо решения Жерара и собирался бежать к нему и орать, то Карра первый хватал меня и успокаивал. Интервью по ТВ не дают достойного представления о Карре - на самом деле он офигенный парень.

Еще одной мудрой головой был для меня Гари Макаллистер. Когда он прибыл в «Ливерпуль», многие игроки, и я среди них не последний, были озадачены трансферной политикой Жерара. Да, Мак был совсем неплох в «Лидсе» и сборной Шотландии, но тридцать пять это уже ого-го, лучшие дни вроде как позади. Плюс, его позиция в центре поля могла повлиять на количество моих игр в основе. «Ну он в целом неплохо пылил за «Ковентри» год назад, - рассуждал я в компании друзей-одноклубников, когда Жерара не было поблизости. - Но на кой хрен мы-то его подписали, возраст же берет свое». Все кивали, думая, что Гари будет сидеть на «банке». Я позвонил моему агенту Струану Маршаллу и спросил насчет Макаллистера. «Не переживай, Стиви, Гари Мак будет отличным игроком для «Ливерпуля», да и тебе будет помогать. Тебе ведь есть, чему у него научиться». «Да иди ты, Стру! Это Макаллистер будет у меня учиться!»

Как же я ошибался. Встреча с этим умнейшим шотландцем стала очень важным шагом в моей карьере. Он особенный полузащитник и особенный человек: как только Гари оказался в мелвудской раздевалке, он подошел к каждому игроку с приветствием. Мы уже были знакомы, но такое располагающее поведение говорило о многом. У него уже были трофеи в копилке, плюс, уважение коллег - но он никогда не позволял себе расслабиться. На поле Мак мог руководить всеми как генерал войском, превращая обычную игру в ливерпульскую игру, используя потрясающее видение поля и касание мяча. Великий человек и отличный учитель. Я всегда занимал в автобусе место неподалеку от него, чтобы перехватить один из его мудрых советов. Мак многое мне дал, например, в совершенствовании паса. Я ведь по молодости часто грешил лонгболами, даже когда были другие варианты. Один раз я просто уселся рядом с Гари и спросил его: «Макка, почему меня так тянет отдать мяч на большие расстояния? Как научиться выбирать назначения паса?» Гари обнадежил меня: «Ты еще молод, поэтому понимание придет. Попробуй каждую вторую передачу отдавать накоротке, а лонгбол заряжать, только, когда уверен, что он дойдет до адресата». Если я терял мяч в игре, Макка всегда поддерживал меня: «Играй следующий момент как ни в чем ни бывало!» Он сам так умело распоряжался мячом, что его передачи ценили все. Даже на тренировке он мог прервать занятие и начать объяснять что-то игровое, и даже тренеры стояли и слушали его. Я многому у него научился, на этих ного-мастер-классах. Макка даже одевался безупречно: всегда модная рубашка, ботинки без единого пятнышка. Настоящая звезда. Мы часто созваниваемся вплоть до нынешнего дня, ведь с ним можно обсудить не только футбол. Я доверяю Гари как родному человеку, он поддерживал меня в трудную минуту и всегда давал правильные советы.

Макка - воплощение тридцатипятилетнего опыта и двадцатипятилетнего задора. Пока он играл у нас - всегда был в блестящей форме. Гари сыграл двадцать один матч в Премьер-лиге в сезоне 00/01 и навеки вписал свое имя в историю «Ливерпуля». Его господство в полузащите (на пару с Диди Хаманном) означало, что мне остается лишь правый фланг. Иногда я играл с Диди в центре, но стоило мне провалить матч, как меня сразу сдвигали направо. Меня бесило, что Жерар не давал мне второго шанса, а сразу переводил направо. Там я конкурировал за позицию с Дэнни Мерфи и Дэвидом Томпсоном, мы называли игру там «убойным месиловом». Ты выходил на фланг и месился, что есть сил, ибо знал, что при малейшей ошибке через минут пятьдесят тебя точно заменят. Это каждый знал - полтинник, и ты убит. Соревноваться с парнями было непросто: Томмо хорошо играл и любил стелиться в подкатах с удвоенной энергией, но еще был и Дэнни! Мой сосед по номеру и мой закадычный друг. С рождения «красный», Дэнни был королем розыгрыша, всегда прикольный и находчивый. Мы сразу спелись. Даже несмотря на то, что мы несколько лет яростно грызлись друг с другом за место в основе, это никогда не мешало нашей дружбе. Мы ржали, подкалывали один другого, но если у меня в личной жизни были проблемы, Дэнни был первым, кто давал советы. Я до сих пор жалею, что он ушел из «Ливерпуля», реально жалею: он был по-настоящему классным игроком, которого тренерский штаб недооценивал. Дэнни даже сейчас не испортил бы обедни в основе [когда Стиви старательно, высунув язык, выводил эти строки, шел 2007 год, и пусть читатель судит, как бы смотрелся Мерфи в составе - прим. переводчика] Он не хотел уезжать с «Энфилда», но не мог ничего поделать, когда клуб решил продать его - вопреки тем, кто говорит, мол, для этого нужно желание игрока. Дэнни любил «Ливерпуль». Я слышал много слухов о причинах его ухода: например, говорили о его плохом влиянии на молодых игроков. Полная ерунда. Наоборот, Дэнни заслужил благодарность за помощь молодняку своей мудростью, хотя не все люди это замечали.

В общем-то, в нашей полузащите тогда хватало звезд, один Патрик Бергер чего стоит. Хотя он страдал от обидных травм, и это отражалось на игре команды. По игре могу заявить, что у него была лучшая левая нога из тех, что я видел. Он мог посылать мячи на любые расстояния с потрясающей точностью, и от его мастерства захватывало дух. Патрик дружил с Влади Шмицером, еще одним нашим чехом, получившим титул супер-запасного. Когда Влади прибыл к нам из «Ланса», он впечатлил всех на первой же тренировке великолепной обработкой мяча. Но «Энфилд» - не Мелвуд, и Влади не так часто играл в основе. Он очень многое умел, но не все из этого исполнял на поле, чем я часто был огорчен. Да и травмы не обходили его стороной, и Жерар не часто ставил Шмицера в состав.

А еще у нас был Ник Бармби, перешедший из «Эвертона» летом 2000-го. Смелый парень, он был одним из лидеров «ирисок», но рискнул уйти к нам. Если «Ливерпуль» интересуется игроком «Эвертона», для того это всегда большое искушение. Чего там говорить - Бармби хотел выигрывать - поэтому переехал с «Гудисона» на «Энфилд», вот и все.

Вместе с Ником, Гари, Диди и другими парнями, моя работа заключалась к доставке мяча нападающим - Майклу, Робби и Эмилу Хески. Смертоносность Майкла на голевом рубеже всем известна, то же, впрочем, можно сказать и о Фаулере. Эмил играл немного по-другому, да и после перехода в «Ливерпуль» из скромного «Лестера» ему было, что доказывать. Самый большой плюс в игре Эмила - он сам создавал возможности для полузащитников. Его скорость позволяла посылать мяч ему на ход, но он также мог придержать мяч, сбросить его или сыграть накоротке. И у меня появлялась возможность атаковать ворота, и это было прекрасно. Эмил был весьма разноплановым футболистом, и ему вполне удался дебютный сезон у нас, за который он забил двадцать один мяч. К несчастью для него именно по этой высокой планке его и продолжали оценивать после - все ждали, что он будет забивать по двадцатке в сезон. Эмил был всегда зависим от уверенности в себе: когда он чувствовал, что ему доверяют, он порхал, будто на крыльях. Но зависимость от разных мелочей и разной тактики будто связывала ему ноги. В первом сезоне, когда он играл впереди вместе с Майклом, его было не остановить. Потом Жерар стал двигать его то на правый фланг, то на левый, и это было не совсем справедливо для бедняги Эмила. Публика по-прежнему ждала от него забитых голов, и смена позиции совсем не помогла ему в этом. Жаль его.

Атака «Ливерпуля» укрепилась в январе 2001-го: я был абсолютно очарован, увидел в Мелвуде Яри Литманена! Искусный финн был неподражаем на тренировках: бросалось в глаза, как он, будто гроссмейстер, видит игру на два-три хода вперед. Он читал каждый пас, какой я отдавал. Всего несколько футболистов в мире могут так же умно действовать в зоне между защитой и нападением. Как только я отдал ему первую передачу, я понял, что этот парень не терял зря времени в «Аяксе» и «Барселоне»: он знал как превратить плохой пас в своем направлении в блестящую возможность. Это чувствовалось подсознательно. Несмотря на то, что его карьера прошла свой пик, он был более, чем полезен нам, даже несмотря на отсутствие опыта игры в Англии. Иногда было даже заметно, что ему «тесно» на поле (Жерар в важных играх любил «компактную» тактику).

Литманен приехал, когда Кубок Лиги - тогда Уортинтонгский Кубок - был в самом разгаре, а без него мы успели пройти уже далеко. Сам я пропустил первые две раунда из-за травмы: ребята обыграли «Челси» в овертайме, а потом размазали «Стоук» со счетом 8:0. Я смотрел эту игру дома, и, честно говоря, смеялся до слез. Не над «Стоуком» - они старались как могли - а над нашим вторым вратарем, Пегги Арфексадом, который заменил Сандера. Классный парень Пегги выходил на поле весьма редко, но тут решил покуражить: вышел из ворот водиться с мячом, соперник обокрал его и пробил прямо в перекладину. Я чуть не намочил штаны от смеха, валяясь на диване.

На поле я появился в пятом раунде против «Фулхэма» 13 декабря, когда мы победили 3:0 в дополнительное время. В полуфинале нас ждал еще один представитель Лондона - «Кристал Пэлас» - хороший клуб, если бы его не портил один хер, Клинтон Моррисон, нападающий. Он через прессу вмиг превознес себя до небес, расписав, насколько он хорош, и что он с нами сделает. Прибыв на «Селхерст Парк» мы уже были в курсе, какой этот Моррисон страшный. Аж обосраться. Первый матч телевидение показывало в прямом эфире, и мы полностью переиграли их. Если бы это был боксерский поединок, рефери бы досрочно остановил его, дабы избиваемый меньше страдал. Мы размазали их по полю, правда, «Пэласу» удалось в итоге забить гол, а вот Майкл не совсем удачно играл впереди и упустил массу возможностей. Он должен был забивать минимум трижды, а в целом «Ливерпуль» имел возможность поразить ворота соперника раз семь. В итоге на табло значились 2:1 в нашу пользу. Сразу после финального свистка мы принялись яростно ждать ответного матча (да хоть бы он был и завтра!), чтобы показать наше реальное преимущество уже на «Энфилде». А вот наш дорогуша Моррисон вроде как забыл, что будет второй матч: он с радостью излил на нас новую порцию говна через газеты. Он нес сказочную чепуху, например: «Я бы реализовал все те шансы, что упустил Оуэн». Майкла улыбнуло. Его нисколько не задели эти попытки возвыситься от форварда второй лиги, а вот меня они реально разозлили! Это же неуважение, особенно, если сравнить статистику голов Оуэна и этого Моррисона. Игрок года в Европе против Мистера Средняка. А слабо доказать слова делом на «Энфилде», а? Перед лицом разъяренного Копа, деморализирующего тебя полностью? Кишка тонка!

Когда перед ответным матчем мы зашли в раздевалку, вся стена была уклеена газетами с крупными заголовками в виде цитат Моррисона - прямо как стена какого-нибудь оперуполномоченного в голливудском боевике, который клеит на стену фотки преступника. «Я забью на «Энфилде» прямо перед Копом», - гордо заявлял Большой Клинт печатными буквами. Да неужели? Фил Томпсон любил выставлять подобные штучки напоказ - как только кто-нибудь выступал с критикой «Ливерпуля», он вывешивал ее на стену, мол, глядите все. Мне это не по нраву, я вообще не люблю публичные разговоры. И вообще, считаю, что футболисту не нужна какая-то дополнительная мотивация, кроме того, что он может выйти на поле и выиграть матч. Ну, по-крайней мере, мне не нужна. Однако в тот день газеты с высказываниями этого хера Клинтона зарядили нас до невозможности. Бедный «Пэлас». Мы уничтожили их на пять с плюсом. За первые двадцать минут мы забили три мяча, а итоговый счет был 5:0. Выкуси, Клинтон. С той поры ему был обеспечен свист на «Энфилде» до конца дней, и он сам загнал себя в этот угол. В одном моменте он пытался пробить через себя и шлепнулся на спину - тысячи наших болельщиков зашлись хохотом. Весь остаток матча бедняга ходил, поджав хвост. Это урок: иногда лучше помалкивать, если не сможешь сделать то, о чем говоришь.

Победа означала то, что мы вышли в финал на «Миллениум», где нас уже ждал «Бирмингем» - трудолюбивая команда, заслуживающая уважения. Наши болельщики истосковались по трофеям и стекались в Кардифф в больших количествах - каждый хотел быть там 25-го февраля. Я тоже истосковался, но была маленькая проблема: травма. Чуя задницей, что не все идеально, Жерар вызвал меня накануне: «Ты в порядке?» - спросил он. «Да», - соврал я, потому что не мог сказать ничего другого. Это же финал, шанс на медали и славу! Я как раз мечтал о таких матчах: выйти на изумрудное поле перед тысячами фанатов, проверить яйца соперника жестким подкатом... Большие парни, большие ставки. Я не мог пропустить эту игру, поэтому соврал. Вообще с моей травмой было все в порядке, я просто не успевал физически восстановиться. «Будешь готов - будешь играть», - посулил Жерар. Я не был, но заверил, что был. Я вышел на игру, но сыграл далеко не лучшим образом, плюс, получил жесткий удар в лодыжку от Майкла Джонсона. Жерар заменил меня на 78-й минуте на Гари Макку, когда дело шло к победе.

Красивый гол Робби Фаулера оправдал решение Жерара выпустить его в нападение вместе с Хески, оставив Майкла на скамейке. Хотя сначала мы все были поражены. «Я могу выбрать лишь двоих», - оправдался Жерар. Майкл смолчал, но в глубине души наверняка вскипел, ибо ненавидел быть отцепленным. Я никогда не понимал, почему Жерар не выпускает вместе Майкла и Робби. Все «эксперты» считали, что они, мол, дублируют друг друга, но это не было правдой: Майкл правша, Робби левша, оба могли сыграть в короткий пас или убежать за лонгболом. Присутствие обоих гарантировало бы команде голевые моменты. Жерар так не считал. Странно.

В Кардиффе его план работал до 90-й минуты, пока «Бирмингем» не сравнял счет, благодаря удару Даррена Пюрса с одиннадцати метров. Один пенальти - много пенальти. Началась адская карусель. Я краем взгляда увидел листочек Жерара, где он составил список бьющих послематчевых пенальти, и холодок пробежал по моей спине, когда я увидел Карру на пятой строчке. Защитник, исполняющий, возможно, решающий одиннадцатиметровый? На счету Карры до той поры было два забитых мяча за «Ливерпуль», плюс, еще три автогола. То есть по статистике у него было как бы минус один. Тысяча чертей, лучше бы первые четверо не промахивались...

Пенальти пробивались в ворота, за которыми восседали болельщики «Ливерпуля», что было нам плюсом. Мартин Грайнджер промазал за них, Диди не забил за нас, и вот, на сцену вышел Карра. Он установил мячик на точку, повернулся и шагал, шагал, шагал. Он взял разбег явно, чтобы посоревноваться в скорости с парой легкоатлетов - метров за сто! Я отвел глаза, потому что не хотел видеть, как мой друг залепит мячом в небеса, но нет, надо смотреть! «Карра, какого хрена», - просипел я почти вслух, давясь от смеха и пытаясь сделать суровое лицо - ведь в случае промаха мой смех вряд ли бы кто-то оценил. Но Карра спустил гетры, будто Йохан Круифф, жирафьим шагом метнулся к мячу и со всего маху влепил его в верхний угол ворот! Ого! Игроки и болельщики зашлись в экстазе, который стократ усилился, когда Энди Джонсон не забил последний пенальти и подарил нам Кубок. Карра - повелитель одиннадцатиметровых! Он никак не может забыть тот удар, и нам всем не позволяет забыть! На всех тренировках, когда дело доходит до пенальти, Карра раздвигает всех локтями и говорит: «Дай-ка я пробью - у меня 100-процентный показатель по пенальти за «Ливерпуль». Я лучший пенальтист клуба».

В тот день он действительно был лучшим. Когда вечером в ресторане мы праздновали победу, его было не оттащить от караоке. Карра без стеснений зажигал у микрофона, а потом и на танцполе, причем, танцевал он существенно увереннее, нежели играл в футбол! Я вот, например, ни на шаг к караоке не подойду, не люблю выглядеть клоуном - петь у меня плохо получается. Да и танцевать тоже. Но наблюдать за всеми ребятами и их семьями, которые веселились от души, было приятно. Мы выигрываем и проигрываем вместе - вместе празднуем и печалимся. Это Liverpool Way. Ни один английский клуб так по-семейному не сплочен, как мы.

После Кубка Лиги путь в Кубке Англии был для нас особенным. Мы начали с третьего раунда, обыграв на «Энфилде» «Роттерхэм»: Эмил отгрузил парочку, а Диди добавил. Потом жеребьевка подложила нам свинью в виде «Лидс Юнайтед», сильной в то время команды. За них тогда играли такие защитники как Вудгейт и Фердинанд, Бойер и Бэтти в полузащите, плюс, Видука и Кин впереди - вот это состав! Не забудьте еще Алана Смита. Они почти перебегали нас под рев своих болельщиков, но в последние три минуты Бармби и Эмил соорудили гол, выбив «Лидс» из Кубка. Следующий раунд против «Манчестер Сити» я пропустил, вернувшись лишь к четверьтфиналу 11 марта. «Транмир Роверс», почти дерби. Он готовились к нашему визиту, о да, ведь уже долгое время «Транмир» был на задворках большого футбола. К ним ехал «большой брат», и очень хотелось подмочить ему - то есть нам - репутацию. Мы ехали эти пару километров до их стадиона зная, что едем на битву, ведь совсем недавно слышали слова их тренера Джона Олдриджа о всей серьезности их подготовки. Ничего другого от Олдо и его парней мы не ждали. Джон - легенда «Ливерпуля» и честный человек, и для него игра с нами была большим вызовом. Даже учитывая разницу в классе, которую он прекрасно представлял. «Транмир» могли нас обыграть только одним путем - заставив играть в примитивный футбол, плюс, подавив фолами. «Это для них финал, - предостерег нас Жерар, - Они будет бегать за каждым и жестко бороться, поэтому будьте осторожны. Я ставлю в состав местных парней, ибо там будет разборка, и они знают, как надо играть. Не давайте спуску, пройдите сквозь шторм, выиграйте битву».

Это действительно была схватка «своих пацанов», поэтому в составе вышли почти все воспитанники: я, Майкл, Карра, Робби, Дэнни и Райти. В матче Кубка Англии в таком месте, как «Прентон Парк» с рвущим тебе глотку оппонентом не было места для легионеров, таких как Патрик Бергер, например. Мы, местные, понимали, что это схватка за нашу честь, кроме того, что это пропуск в полуфинал. Мы с Майклом и Каррой с молоком матери впитали традиции Кубка Англии, его радости и его горести. Мы знали, как не дать себя обидеть. Вся страна схватилась бы за голову, если бы мы проиграли. «Никаких поблажек, - решили Майкл, Карра и я. - Не дадим им и шанса».

«Роверс» тоже были накручены Олдриджем и фанатами до предела, поэтому летали по полю. Мы поняли, что газеты не зря писали о том, что «Транмир» готов все отдать за победу: в глазах их игроков горел яростный огонь! Вот это по-нашему! Это моя игра, старое доброе английское рубилово на рыхлом поле на выживание. Ставка Жерара на нас сыграла: я, Дэнни, Майкл и Робби забили по мячу и выиграли 4:2. Ну мы были намного лучше их, это было понятно. Против меня тогда играл Джейсон Кумас, старый друг по спортивному центру Вернон Сангстер. Он покинул «Ливерпуль» при странных обстоятельствах, и не был особо доволен, как Стиви Хайуэй и Хьюи Макоули наигрывали его в молодежных командах. В итоге он оказался в «Транмире» и весьма неплохо играл там. Я был рад его видеть, правда, милосердия на поле он не дождался. Мне нравилось играть против Джейсона, потому что я мог подавить его физически.

Жеребьевка полуфинала улыбнулась нам во все зубы: мы ждали «Арсенала» или «шпор», но получили «Вайкомб Уандерерс», команду, выступающую на два дивизиона ниже нас. Мы должны были выигрывать пешком, но «Вайкомб» вдруг возомнил, что сможет сотворить сенсацию. К тому же их тренировал Лори Санчес, уже огорчавший «Ливерпуль» в КА в 1988 году, будучи наставником «Уимблдона». Как и Олдо чуть ранее, Санчес постарался завести игроков, и преуспел. Наши противники держались почти семьдесят восемь минут, но потом Эмил забил. Через пять минут мы заработали опаснейший стандарт прямо на линии штрафной площади «Вайкомба». Пятеро игроков собрались у мяча для обсуждения. Гари Макка взял ответственность на себя: «Я пробью». Я сказал «окей» и отодвинулся от мяча. «Хорошо, Макка», - сказал вслед за мной Робби и тоже отошел. Мы все уважали убойные удары Макки. Ну как все... Хитрющий Фаулер спрятался за чью-то спину, а потом вдруг выскочил, и залепил мячом прямо в «девятку»!
«Сука, Робби!» - взревел Макка. «Вот так!» - хохотал Фаулер. Все думали, что Макка бежит поздравить Робби с забитым мячом, но он хотел его задушить! «Вайкомб» затолкал один ответный мяч, но время кончилось, и мы были в финале!

Желание праздновать захлестнуло меня: приехав домой я увидел, что все болельщики уже взбудоражены тем, что мы вскоре сыграем еще один матч на «Миллениуме». Да что там, весь мир ждал встречи «Ливерпуля» с «Арсеналом» в финале Кубка Англии - парочка что надо. Я с детства пленен Кубком Англии, всегда завидовал тем, кто играет в его финалах, а теперь я - один из них!

Время до 12 мая пролетело незаметно, и я до конца не верил, мне ли это предстоит. Настроение у всех было приподнятым, да и столько всего приятного нас ожидало: выдача специальной формы, пошитой к финалу, предматчевые интервью, слухи о составах команд по телику, репортеры в отелях. Постоянный поток новостей, связанных с нами, финалистами - внимание к нам было невероятным, другим играм вообще не уделялось внимания. Некоторые циники считают, что Кубок Англии уже не торт, мол, магия прошлого утеряна... Как бы не так! Расскажите это десяткам тысяч болельщиков «Ливерпуля», которые отправились в Кардифф, распевая по дороге песни и размахивая флагами и шарфами из окон автобусов и машин! Красная армия на маневрах! Расскажите это английским игрокам, которые с детства смотрели игры Кубка, будь это не Кубок, а Священный Грааль. Наши отцы рассказывали нам о нем, и мы знали, что только лучшие из лучших могут выйти на поле в эту майскую субботу и поднять над головой трофей. Легионеры знают о важности КА, все до одного в курсе! Тому же Диди не надо ничего объяснять, его первым словом на английском было наверняка «кубок».

Заснуть вечером в одну пятницу мая - невозможно. Когда я выходил из туннеля на стадионе «Миллениум» под гул многотысячной толпы, перед моими глазами проносились финалы прошлых лет и имена игроков, игравших там. Я шел по следам великих футболистов, творивших историю, и я помнил эту историю, я знал, что победить в финале можно только, если на твоей стороне фортуна. Наш финал лишь подтвердил это. «Арсенал” раскатывал нас катком восемьдесят три минуты игры, они были достойны победы, без вопросов. Они владели мячом, а мы бегали за ними, словно школьники. Состав у них был тогда будь здоров: Тони Адамс и Эшли Коул в защите, Тьери Анри и Робер Пирес в нападении. А в середине поля господствовал Патрик Виейра. Мы с ним схлестывались и ранее, но никогда он не был таким терминатором, как в том финале. Он успевал везде, отбирал мячи, начинал атаки - придавал игре скорости. Он доминировал. Я мечтал поменяться с ним футболкой.

Когда Фредди Юндберг забил гол, я подумал: ну вот и все. Игра окончена, пора засунуть мечту в задницу, пожать руку Виейра и отправляться домой. Пока, до следующего года. Соперник был слишком силен для нас, я даже не знаю, почему они забили только один гол. Хотя нет, знаю: Стефан Аншо в один из моментов подменил Вестерфельда и сыграл рукой в воротах - к счастью, арбитр Стив Данн этого не заметил. Иначе мы бы получили 0:2 к перерыву, а может и больше - «Арсенал» поджимал. Впрочем, почти все и ожидали подобного развития событий. «Канониры» обыграли нас. Но не сломали. Есть ливерпульский дух, который не побороть. После гола Фредди наш соперник начал играть слишком уверенно. В какой-то момент они были уверены на сто процентов, что победят. Но мы - «Ливерпуль», на минуточку. Мы не сдаемся, и наши болельщики не дают нам сдаваться. Неожиданно, за семь минут до конца мяч оказался в штрафной площадке «Арсенала», и я почуял шанс! Я что есть сил размахнулся, но ударить не успел, ибо тут как тут был Майкл Оуэн, посылая этот мяч мимо Симэна - 1:1! Я возблагодарил бога за то, что Майкл успел приложиться к мячу первым - я бы наверняка засадил его выше перекладины. Невероятно - мы сравняли!

А вот теперь спокойно. Подержать мяч, иначе «Арсенал» накажет. Дотянуть бы до дополнительного времени. Но куда там, на 88-й Майкл делает невозможное: возникнув, как Бэтмен между Адамсом и Диксоном он забил один из своих жизненно важных голов. Девять из десяти под правой ногой он превращает в голы, здесь была левая, но какой удар! Получите и распишитесь. Молния сверкнула дважды, и после нее остался лишь огорченный Симэн и поверженный «Арсенал». С тех пор многие шутят, что это был матч «Арсенал» против Оуэна. Не спорю, Майклу да и нам всем в тот вечер благоволила удача.

Каким милым и приятным показался тогда финальный свисток! Игроки «Арсенала» вокруг меня сразу попадали на землю будто жертвы снайпера, а я искал среди них Виейра. Он возник передо мной, и мы обнялись - обессиленные и преисполненные взаимного уважения. Кстати, об уважении: не все повели себя достойно. Я не поверил своим ушам, когда услышал нытье Арсена Венгера и Юндберга: в послематчевых интервью они жаловались, мол, «Ливерпуль» не заслужил победу. Как бы не так - мы были достойны медалей. Никто не любит быть проигравшим, но никто так не ноет о поражении, как «Арсенал». Венгер и Юндберг вспомнили какую-то игру рукой... Алло, это футбол, пора быть реалистами. О, сколько же я видел игр, когда «Ливерпуль» доминировал, однако, уходил с поля ни с чем, кроме разочарования. «Канониров» это разочарование настигло в финале Кубка Англии, ну и что теперь? Я надеялся, что они достойнее это воспримут. Хотя все, что мне было нужно - футболка Виейра, моя золотая медаль и пиво для победителя!

Жерар, узнав о нашем бурном желании праздновать, мгновенно напомнил, что сезон вообще-то еще не закончен - всего лишь через четыре дня нас ждал финал Кубка УЕФА. «Только пару пинт», - предупредил нас тренер. Мы очень старались соблюсти этот лимит, честное слово... Старались, но не вышло. Два бокала пива - мягко говоря, не тот объем, которым можно «облить» Кубок Англии. Я превысил норму намного, да и все остальные неплохо погудели - ведь мы были счастливы. Про Кубок УЕФА никто и не думал, мысли были только о завоеванном трофее. Я смотрел на всех нас и видел, как же игроки довольны и счастливы. Многие мечтали об этом моменте всю жизнь. Поэтому мы пили и поздравляли Майкла. Да, завтра у всех будет похмелье и подготовка к следующему финалу, но это была бесценная ночь, когда можно не заморачиваться, пить, шутить и гордиться собой. Для меня это была вершина того сезона с треблом. Ничто не сравнится с Кубком Англии.

Жерар так не считал. Он ведь француз. Для него европейский кубок казался более престижным, нежели домашний, как, впрочем, и для многих наших легионеров. Жерар после Кардиффа насмешил: «Да, вы выиграли один трофей, но вам следует ограничить себя в радости, ибо Кубок УЕФА тоже очень важен». Он был заворожен этим европейским трофеем, рассказывал нам, сколько он весит, его историю... но все равно не убедил меня, что он важнее Кубка Англии.

Но вообще Европа оказалась отличным опытом для нас. На ранних стадиях мы обыграли «Рапид» из Бухареста и слованский «Либерец», и эти матчи все помнят, как кошмар для Карры, каких у него больше никогда не случалось. Даже нам было смешно, как его возили по полю, но, несмотря на это, мы победили, выйдя в третий раунд на «Олимпиакос». Игра в Греции удивила меня: пятьдесят тысяч зрителей, все жгут файеры, машут флагами! Расстояние от фанатов до поля там было существенно больше, чем в Англии, но все они там зажигали будь здоров. Такая атмосфера заводит, вот и я завелся, замкнув головой подачу Гари Макки с углового.

Из-за травмы я пропустил игру с «Ромой» в четвертом раунде, и это меня поначалу жутко расстроило - очень хотелось сыграть против Франческо Тотти, настоящего гладиатора. Правда, Тотти и сам был травмирован, поэтому возможности играть против него и не было. Римляне много бахвалились, как они вздуют этот «Ливерпуль», но, как известно, это лишь дало нам дополнительную мотивацию. Мы одержали верх над командой Габриэля Батистуты и Кафу со счетом 2:0 на Олимпийском стадионе в Риме, и это стало залогом выхода в следующий раунд. А там нас ждал «Порту» с его сильной обороной и звездами типа Деку и Капушу. В гостях нам удалось не пропустить, и это был плюс: португальцы неважнецки играли на выезде. На «Энфилде» мы с ними разобрались [2:0 - прим. переводчика]

Никто, даже прожженый «эвертониан», не сможет сказать, что мы прошли в финал на халяву. В 1/2 нас ждала сама «Барселона» и стадион, который многие считают величайшим на земле. Я мечтал сыграть там, а когда состоялась наша первая тренировка на «Камп Ноу», я никак не мог собраться с мыслями. Будто бы я турист и осмотриваю достопримечательности. Я увидел Карру и понял, что он испытывает то же самое. «Охренеть какой стадик!» - сказали мы друг другу. Там я понял, какой путь я уже проделал - с дворов Айронсайда до «Камп Ноу». Я даже как-то позабыл о результате, просто хотелось выйти на этот газон, где на тебя смотрят девяносто тысяч безумных фанатов. Хотелось жить этим, а мысли о победе или поражении отошли на второй план.

«Барселона» была великолепна. Пепе Рейна [ПЕПЕ РЕЙНА!!!! - прим. переводчика] уверенно стоял в раме, а Ривалдо и Патрик Клюйверт волшебничали в атаке. Центрального нападающего как такового у них не было, эти двое постоянно перемещались то глубже, то выше, позволяя полузащитникам Овермарсу и Луису Энрике совершать прорывы. Я трудился в середине поля, и, надо сказать, меня редко так уничтожали ментально и физически, как в тот вечер. Пеп Гвардиола и Филип Коку господствовали в центре - если не один, то другой постоянно владели мячом, что бы я не делал. Просто заколебался бегать за ними. «Барса» дала нам урок под названием «пасуй и двигайся» - качествам, которы всегда должны быть визитной карточкой «Ливерпуля». Они превзошли нас во владении мячом где-то 70 на 30. Когда Робби Фаулер появился на поле во втором тайме, он сразу попросил у Франка де Бура немного мяча в аренду! Нам таки удалось отодвинуть игру от своих ворот, слыша подбадривающие крики со скамейки. Счет 0:0 в гостях стал для нас крупным успехом, и я стремглав побежал к Клюйверту меняться футболками. С тех пор я иногда смотрю на ту футболку и вспоминаю футбольный урок в Каталонии.

Тактически мы сыграли неплохо, и нулевая ничья на поле соперника была нам в плюс. Поэтому я никак не мог понять мощной критики в наш адрес. «Осторожный «Ливерпуль» - писали все газеты. А хрен ли вы ждали?? Что мы помчимся навстречу «Барсе» с шашками наголо, смеясь в лицо владению мячом? Да это же верная смерть. Испанская пресса заклеймила нас как скучных, но меня это не волновало. Я стремился пополнить мою коллекцию медалей, и если бы Жерар решился играть в открытый футбол, я бы явно недосчитался трофея. Мы тщательно оборонялись, а потом нещадно жалили соперника контратаками - раз-два, вынимай. Этот стиль подходил для парней, которые играли у нас. На «Энфилде» мы в первый раз за шестнадцать лет вышли в финал европейского турнира благодаря пенальти, реализованному Гари Маккой, и отчаянной игрой в обороне во втором тайме. Дело сделано.

Финал кубка в Дортмунде 16 мая уж точно нельзя назвать скучным. Атмосфера была волшебной, мы были в статусе обладателей Кубка Англии. Мы, конечно, не курить на поле приехали, но грудь держали прямо. Неважно, как сыграем с «Алавесом» - сезон уже сложился удачно. Я был настолько расслаблен, что каждую ночь перед Дортмундом спал как ребенок. В день финала я выглянул в окно и понял, что город уже раскрашен в красные цвета благодаря нашим болельщикам. Путь от отеля к стадику был напрост: толпы наших фанатов заполонили улицы, распевая песни и безжалостно подавляя любое дорожное движение. Лишь припарковать автобус заняло у нас целый час! Фанаты не пускали нас, ведь им хотелось веселиться еще с Кардиффа. Из окна автобуса я видел майки с надписями «Победители Кубка Англии 2001» и «Требл 2001» - все были уверены, что мы точно выиграем. Но, спорю, никто не ждал такого офигенного матча - финалы редко бывают такими яркими.

Мы уже выиграли два кубка, поэтому не испытывали особого давления, играли в свое удовольствие. Вот если бы мы влетели «Арсеналу», то бегали бы куда собраннее, сидели бы глубже и играли бы на любимых контратаках. Уже на четвертой минуте Гари Макка сделал подачу в штрафную, где Маркус Баббель поймал мяч на голову - 1:0 - отличный смелый удар, учитывая, что ему там локтем досталось. Штрафные Макки всегда были важнейшими составляющими нашей игры, отточенное на тренировках мастерство позволяло ему доставлять мяч точнехонько в нужное место. Макка набрал классную форму - вот почему в финале я играл справа. Спасибо Жерару, блин, опять отправил меня на «убойное месилово». Но жаловаться было бесполезно, да я и не привык. Я просто взял и забил гол! Всегда буду благодарен Майклу за тот пас вразрез, позволивший мне пройти и ударить. «Алавес», между тем, не собирался сдаваться. Иван Алонсо отыграл один мяч, правда, сразу после этого Гари Мак забил с пенальти - 3:1. Перерыв.

Честно говоря, заходя в раздевалку, мы все думали, что уже победили. Болельщики вовсю пели о требле, игроки им подсвистывали. Даже тренеры говорили, что Кубок наш, если мы продолжим так же играть. Я тоже был в этом уверен, да и не я один: «Алавес» нас особо ничем не беспокоил. Вот почему мы вышли на второй тайм такими аморфными. Хави Морено забил нам дважды. Охренеть! Жерар выпустил Робби, и уже через семь минут Фаулер вывел нас вперед отличным ударом. Вроде бы все было в наших руках, но соперник нащупал таки слабость: Сандер, бывало, обидно ошибался по ходу сезона, вот и тогда проспал навес. Хорди Круифф сравнял счет и перевел игру в овертайм. Мда, кто ж еще, если не Хорди... бывший манк. Жерар перевел меня на правый фланг обороны на овертайм, и я немедленно начал переживать насчет послематчевых пенальти. «Если Жерар велит - пробью», - решил я. Никаких отказов, не хочу подвести «Ливерпуль». Я все еще изнурял себя мыслями об одиннадцатиметровых, когда Гари Макка навесил в чужую штрафную, где Дельфи Хели срезал его в свои ворота. Сначала я даже не вспомнил о «золотом» голе, ибо не очень внимательно слушал Жерара на предматчевой установке - я вообще не понял, что игра окончена, и мы победили! «Черт, все!» - зажглась лампочка в моей голове, и ноги сами понесли меня праздновать. Ну по-крайней мере, мы выиграли по игре, а не по пенальти, хотя побеждать в финале за счет автогола немного нелепо.

Тем не менее: требл был наш, и воздух сотрясали песни и чанты. Болельщики скандировали: «Улье! Улье!» Наши фанаты всегда уважали Жерара: по прибытию на «Энфилд» он обещал выигрывать трофеи и он преуспел. Самого главного он, увы, не достиг [титула победителя Премьер-лиги - прим.переводчика], но выиграть три кубка за один сезон - феноменальное достижение. Кстати, он опять не дал нам нормально отпраздновать! Через три дня надо было играть с «Чарльтоном», и это был важный матч с точки зрения попадания в Лигу чемпионов. В тот сезон мы трудились вовсю, даже выиграли на «Олд Траффорд» впервые за десять лет. Кстати, тот матч я никогда не забуду: 17 декабря 2000-го года все ждали, как я схлестнусь с Роем Кином. «Боишься?» - спрашивали меня, но где там! Я ждал встречи с нетерпением. Кин тогда был практически лучшим полузащитником - я ненавидел МЮ, но любил наблюдать за игрой Роя. Вот так надо играть каждому - с такой же отдачей, страстью в отборах, пасуя точно - образец для меня. По телику Кин впечатлял, но на поле он был еще круче. Ты не увидишь на экране, какие рывки он делает, как прикрывает других игроков и руководит ими. Накануне матча я весь день думал о Кине и в итоге решил: окей, хочет битвы - он ее получит.

Развернув за завтраком газету, я увидел, что все только и пишут о нашем матче. Фергюсон в интервью даже про меня упомянул, мол, Джеррард физически крут и технически одарен, весьма мобилен, быстро пасует и читает игру. Черт, он даже сказал: «Непросто мириться с тем, что у «Ливерпуля» есть игрок, настолько же хороший, как Рой Кин». Ептать! Я знал, насколько Кин был важен для болельщиков МЮ, для Ферги - сравнение с ним дорогого стоило. После такого оставалось лишь выйти на поле и подтвердить, что у «Ливерпуля» есть свой Кин!

Посещение «Олд Траффорд» никогда не было легким делом, и тогда мы вкусили всю прелесть визита в логово врага. Еще из автобуса мы видели перекошенные от злости лица их фанатов, нехитрые знаки из одного пальца в нашу сторону. Слышали песенки примерно такого содержания: «Идите на**й, говнюки!» или «Мы убъем вас на**й!» [знаменитая фантазия манков - прим.переводчика] Они нас реально ненавидели, и желчь прям лилась у них из всех дырок. Бах - в стекло прилетел кирпич, потом еще один. Мы быстренько похватали сумки и скрылись в тоннеле к раздевалкам.

Такие уж это матчи - не на жизнь, а насмерть. В течение всех девяноста минут я хотел уничтожить «Юнайтед». Я никого и никогда так не ненавидел. Фаны «Эвертона» не любят меня, из-за того, что я частенько забиваю голы в дерби, да - они гнобят меня каждую минуту матча, но они меня уважают. С «Юнайтед» не так. Там ты просто воплощение зла просто потому, что ты - «Ливерпуль». Мы даже не слышали стартового свистка из-за злобного гула трибун. «Охренеть, - подумал я, - сейчас пойдет заруба. Или мы, или нас».

Минут десять манки нас возили и держали мячик у себя. Я не мог приспособиться к их скорости, получил желтую карточку. В перерыве Жерар и Томмо говорили нам: «Прессингуйте, ловите их на ошибках, играйте компактно! И делайте что хотите, только не теряйте мяч!» Почему, спросите вы? Да потому что Кин вас сразу вылечит и высушит, а болелы «Юнайтед» будут над вами уссыкаться. Отдавать мяч манкам на ОТ - форменный суицид. Я пару раз облажался, Кин меня обыграл и 60 тысяч манков ржали надо мной. Да, там никого не любят, особенно соседнй с севера Англии.

Самым прекрасным моментом игры стал, собственно, наш гол, который забил Дэнни [Мерфи] со штрафного. Полтора часа против Кина стали для меня хорошим уроком, который пошел мне на пользу. Сам Рой пожал мне руку, буркнул: «Неплохо», и был таков. Я хотел бы заполучить его футболку, но это должна была быть футболка сборной Ирландии. Манковскую я бы не взял, они запрещены в моем доме.

Та победа позволила нам и дальше бороться за Лигу чемпионов, но особенно нам в этом помогла офигенная победа 3:2 на «Гудисоне», когда Макка реализовал тот самый штрафной с сорока ярдов. Последнюю игру сезона мы уверенно выиграли у «Чарльтона» 4:0 - как и заключительные игры во всех остальных турнирах.

После такого сезона и моей роли в нем «Ливерпуль» предложил мне продлить контракт. Струан позвонил и сообщил, что Рик Пэрри вышел с предложением: контракт на шесть лет. «Многовато это, Стиви, давай остановимся на четырех годах», - посоветовал мне мой агент, и я согласился. Струан никогда не подводил меня. Рик дал добро на четыре года и предложил неплохую зарплату - 50 тыс.фунтов в неделю. Это был большой шаг вперед, и в «Ливерпуле» хотели, чтобы я осознавал это.

Сразу после подписания, Рик, Жерар и Томмо принялись обсуждать со мной мое будущее. «Мы высоко ценим тебя, поэтому даем такие условия, - сказал мой тренер. - Продолжай в том же духе, не меняйся!» Я был очень доволен. Деньги - хорошо, но главное - моя жизнь сразу стала уютнее с подписанием нового контракта. Для простого парня с Хайтона у меня было все отлично - свой дом, например. Мама с папой ни в чем не нуждались. Да шут с ними, с деньгами - я был страшно рад тому факту, что «Ливерпуль» заинтересован во мне. Отлично. Роман всей моей жизни продолжался.

+100500 OFF

Работает на Drupal, система с открытым исходным кодом.
Хостинг предоставлен FastVPS, самым лучшим хостинг-провайдером ;)